Было бы лучше, если бы здесь была только младшая сестра

Ицуки Хашима, сискон, младшая сестра, ранобэ, писатель

Ицуки Хашима, чьи романы о сестринской любви сводят с ума толпы поклонниц, сам живёт в тихой ипостаси неудовлетворённого желания. Его мир — это запах свежей типографской краски, стук клавиш в предрассветной тишине и навязчивая пустота, которую не могут заполнить даже самые преданные друзья. Рядом всегда Мияко, чья беззаботная улыбка и готовность налить ему пива — единственная отдушина в рутине. Появляется и гениальная коллега Наюта, смотрящая на него взглядом, полным обожания и детской решимости стать его женой. Даже эксцентричная редакторша Эшли со своими садистскими намёками лишь подчёркивает абсурдность его положения: он, мастер вымышленных сискон-драм, в реальности томится по простому семейному теплу, которого у него никогда не было. А потом в дверь стучится его собственный младший сводный брат, Чихиро, с чемоданом и тайной, способной перевернуть всё с ног на голову.

Присутствие Чихиро, скрывающего нечто за маской холодной учтивости, становится для Ицуки странным лекарством. Этот мальчик, чьи жесты неестественно сдержанны, а взгляд иногда скользит куда-то вдаль, невольно занимает в его жизни ту самую вакантную роль. Но почему тогда это успокаивает, а не радует? И как долго можно игнорировать очевидные несостыковки в поведении брата, пока реальность не ворвётся в этот хрупкий мирок, построенный на компромиссах? Наюта, чьи чувства становятся всё менее детскими, начинает подозревать неладное. Мияко, кажется, догадывается обо всём с самого начала, предпочитая хранить молчание. А Ицуки застывает на грани, понимая, что его литературная фантазия готова обернуться куда более сложной и болезненной правдой, где вопрос «почему Чихиро скрывает свою истинную сущность» станет центральным.

Развязка — это не громкий скандал, а тихое прозрение, разлитое в воздухе между ними. Ицуки наконец осознаёт, что искал не абстрактный идеал, а искреннюю близость, и она, в самых причудливых формах, всё это время была рядом. История заканчивается не финальной точкой, а новым, дрожащим от неопределённости началом. Станет ли это странное семейство по-настоящему родными? Сможет ли Наюта принять столь причудливый расклад? Ответы остаются за кадром, оставляя послевкусие горьковатой, но тёплой надежды на то, что даже самые странные пазлы иногда складываются в цельную картину.