Индекс волшебства II

Индекс волшебства 2: Гримуары, противостояние и судьба Томы Камидзё

Тома Камидзё, парень с рукой, способной аннулировать любую сверхъестественную силу, мечтает лишь о тихих днях в Академии-Сити. Но покой — роскошь, когда рядом живёт Индекс, девушка-библиотека, чей разум хранит 103 тысячи запретных гримуаров. Её прошлое, пахнущее старым пергаментом и церковным ладаном, настигает её снова: могущественные ордена магов готовы разорвать её на части, чтобы добраться до знаний. И вот уже знакомый запах озона от молний Микото Мисаки, вечно ворчащей, но всегда прикрывающей спину, смешивается с пылью разрушенных улиц. Камидзё, стиснув зубы, снова бросается в бой — не ради абстрактного добра, а потому что не может смотреть, как страдает тот, кого он назвал другом. Его кулак, ломающий иллюзии, становится единственным щитом для беззащитной памяти, что она носит в голове. Но что, если угроза примет облик того, кого не сломаешь ударом? Новые враги хитры и безжалостны, их планы простираются дальше простого похищения. Они играют на самых тёмных сторонах человеческой натуры, сталкивая лбами целые организации, а Камидзё оказывается разменной фигурой в игре, правил которой он не понимает. Почему один из его новых противников, холодный и расчётливый стратег, действует с почти личной ненавистью? И как далеко зайдёт сам Тома, когда цена защиты Индекс может оказаться жизнью кого-то другого, например, той же вспыльчивой Мисаки? Граница между магией и наукой, между друзьями и врагами, начинает мерцать, как мираж в летней жаре. Финал этого витка — не громкая победа, а хрупкое перемирие, выстраданное кровью и потерей иллюзий. Мир не становится безопаснее; он просто ненадолго затаивает дыхание. Индекс по-прежнему улыбается, требуя еды, но в её глазах теперь глубже понимание той цены, что за неё платят. А Камидзё, вытирая с лица грязь, уже чувствует на спине ледяное дыхание новых бурь. Ведь пока в её голове живут те 103 тысячи тайн, его рука, сокрушающая чудо, никогда не останется без работы. И где-то в тени уже шепчутся о том, чем закончится его следующее противостояние с теми, кто считает магию абсолютной силой.